Friday, 15 February 2013

Свободная воля как следствие третьей категории причинности

К вопросу о свободе воли ученым приходится обращаться все чаще: открытия квантовой механики, психологии, а также поразительные успехи медицины (особенно что касается возвращения больных из состояний, близких к клинической смерти), настоятельно требуют категоричного ответа с точки зрения сегодняшней науки на вопрос, является ли наша свобода истинной.


С одной стороны, каждый из нас внутренне уверен в том, что он до некоторой степени свободен в принятии решений. Понятно, что об абсолютной свободе не может быть и речи, поскольку мы ограничены пространством-временем, а кое-кто из нас весьма стеснен еще и финансами, здоровьем и много еще чем.

С другой стороны, так называемое "научное мировоззрение" камня на камне не оставляет от основополагающей христианской идеи нравственной свободы и достоинства человеческой личности перед Богом, перед самим собой и другими людьми. 

Таким образом, мы находимся в затруднительном положении. Кому верить: "научному мировоззрению" или собственному опыту? Противоречие это признается многими учеными. Однако разрешается оно весьма различными путями. 

Эволюционизм, верный своей солипсической сути, призывает признать свободу воли иллюзией. Редукционистская логика его до неприличия проста: поскольку жизнь является лишь следствием спонтанно-закономерных факторов, то и идея свободы — это комплекс культурных установок, мем, а сама свобода — майя, иллюзия. Все мои ощущения и переживания — любовь к Родине, к близким, к братьям по вере, эстетическое чувство, такие проявления духа, как молитва и глубокое умиротворение — это всего лишь следствие физико-химических взаимодействий в моем организме, чуть более сложных, чем в неживой материи. Поэтому ни о какой свободе речи не идет. То же самое касается и проблематики смысла и цели: ни того, ни другого в последовательно-эволюционистcком мировоззрении вообще нет.

Многие более глубоко мыслящие люди, не удовлетворяющиеся вульгарной эволюционистской интерпретацией реальности и несомненно признающие за собой свободу произволения, соглашаясь с тем, что их жизнь имеет нечто более, чем субъективный смысл, тем не менее, затрудняются найти разрешение обозначенной мной дилеммы.

Мне представляется, что свобода воли и осмысленность нашего существования, простирающаяся за грань собственно физического пребывания на Земле, совершенно логичным образом вытекают из признания того, что наш мир является тварным, причем созданным из ничего. Таким образом, то, чего не было раньше, совершенно естественно должно иметь смысл и цель, внешние по отношению к этому чему-то.

Я долго не мог для себя найти ответа на вопрос о том, каким является наш мир: детерминированным или недетерминированным. Мне, конечно, известна полемика по этому поводу между основоположниками квантовой механики, а также особая позиция Эйнштейна, чувствовавшего что "Бог не может играть в кости" со Своим творением. Сейчас мне кажется, что сама постановка проблемы именно таким образом ущербна, а указанная дихотомия ложна, поскольку помимо случайности и закономерной необходимости существует еще одна категория причинности, а именно: волевой выбор. И случайность, и закономерность, конечно же, объективно проявляются в нашем мире, но это еще не вся картина (рис.1).


Рис.1. Категории причинности.

Таким образом, признание того, что наш мир целенаправленно сотворен, равносильно признанию того, что в основе бытия твари лежит внешняя по отношению к ней контингентность по выбору (choice contingency), а не внутренне присущая ей закономерность (necessity) и/или случайность (контингентность по случаю, chance contingency). Наша вселенная ни случайна, ни закономерна, но имеет своим основанием творческий свободный выбор Создавшего ее. Именно это обстоятельство и является, на мой взгляд, решением принципиальной проблемы истинности свободы. И решение это положительно.

Помимо сценариев спонтанно-закономерного характера в нашем мире могут реализовываться сценарии, контингентные по выбору интеллектуальных агентов. Например, я как обладающий свободой воли могу целенаправленно исказить или вообще прекратить научный эксперимент, что, естественно, повлияет на результат измерений (рис.2). Более того, именно категория выбора обосновывает возможность творчества, в отличие от иллюзии творчества, которое, согласно эволюционизму, должно реализоваться лишь комбинациями случая и закономерности. Кстати, именно отличие выбора от случая и необходимости обуславливает и принципиальную возможность распознавания осмысленных действий агентов a posteriori на основании анализа результата этих действий.


Рис.2. —Никак не пойму, что это за всплеск. —А это Джонсон ударил по осциллографу. Источник: Научно-юмористический сборник "Физики шутят".

Моя неотъемлемая свобода мыслится мной не как следствие каких-то законов природы или случайности, а как "третья сила". И это естественным образом вытекает из того, по какой причине наш мир вызван к бытию и что лежит в основе этого бытия — из осознанного выбора, третьей аристотелевой категории причинности.



No comments:

Post a Comment