Wednesday, 29 October 2014

Ответ на интересный вопрос

В процессе обсуждения моей публикации "Живые организмы как системы принятия решений" мне был задан следующий очень важный вопрос.

Вопрос: Распространяется ли аргументация, приведенная в статье, на так называемую творческую эволюцию, или теистический эволюционизм?


Догматически я теистический эволюционизм не рассматриваю. Это тривиальный вопрос и мне он не интересен. Теистический эволюционизм есть платонизм и поэтому в корне противоречит Православию. Существует целый ряд соборных постановлений, осуждающих платонизм, под которые подпадает и теистический эволюционизм (например, собор против Иоанна Итала, прошедший в Константинополе в 1076 г.).

Мне интересна лишь научная сторона проблемы.

Для начала нужно определиться с тем, что мы считаем эволюцией. Если это лишь незначительные изменения живых организмов во времени, то такие изменения происходят на практике. Подобные изменения никакой проблемы не представляют ни научно, ни догматически. Это то, что называется микроэволюцией. Создатель вложил в живую материю возможность достаточно большой адаптации к изменениям среды обитания.

Однако, то, что утверждал Дарвин и утверждают дарвинисты до сих пор, качественно отличается от этого. Эволюционизм утверждает, что такие малые изменения могут накапливаться и приводить к «большим» изменениям, то есть к появлению принципиально нового, к появлению новых биологических функций, от новых белков до новых тканей, органов и систем органов. Такого масштаба изменения зафиксированы не были: ни в отложениях, ни длительными экспериментами на бактериях.

Биологическая новизна должна быть запрограммирована. Среда (естественный отбор) не может его произвести! Возможность изменений этого масштаба лишь предполагается в рамках т.наз. макроэволюции.

Таким образом, сам феномен эволюции мной не оспаривается. Оспариваются лишь не подтвержденные на практике постулаты эволюционизма.

Далее, что касается самого аргумента дизайна, строго говоря, он не противоречит ни той ни другой эволюции, так как, в принципе, Дизайнер вполне мог избрать такое техническое решение, при котором возможна эволюция. Так думают многие приверженцы теории дизайна. Я считаю, что это неверно, по двум причинам:
  • во-первых, это противоречит Православию;
  • во-вторых, этому можно противопоставить и чисто научную аргументацию, которую я излагаю ниже.
Есть теоретики, к числу которых относится Дэвид Абель (его идеи я заимствовал в статье), которые подходят к вопросу дизайна по-другому.

Абель справедливо полагает, что любая новая функция на всех уровнях: от молекулярного до целого организма требует на практике интеллектуального программирования, которое может быть исключительно результатом принятия решений в рамках планирования! Именно поэтому, — говорит он, — и заглохли исследования по абиогенезу (гипотеза о спонтанном появлении живого из неорганики)! Невозможно получить жизнь в пробирке «простым взбалтыванием». Как может появиться Windows без программиста?! Сколько ни тряси компьютер, он не выплюнет работающую программу сам по себе. Тем более живое!

Но дело даже не столько в этом. Абель утверждает, что не только первая биологическая функция должна была появиться исключительно интеллектуально, но также и любая нетривиальная новая функция. Функция для реализации требует программирования, которое невозможно вне принятия осмысленных решений и целеполагания. Нетривиальными Абель называет те функции, которые нельзя свести к упорядочению, сортировке компонентов, кристаллизации. 

Абель и его единомышленники проводят четкую границу:
  • с одной стороны, реализующиеся на практике самопроизвольно фазовые переходы между хаосом и порядком, в которые вполне укладывается микроэволюция, а также такие процессы, как кристаллизация или плавление;
  • с другой стороны, нетривиальная функция, например, конкретное белок-белковое взаимодействие, обмен веществ, реакция на стимулы и пр. Функция никогда самопроизвольно не кристаллизуется из раствора, так как для нее нужна программа, которая может появиться только интеллектуальным путем. А это, в свою очередь, вызвано тем, что кроме чисто физического аспекта функциональность включает информационный аспект, который не сводится к физике или химии.
Это то, что касается принципиального вопроса.

Что касается частностей, то существует только один род исключений относительно биологической новизны: адаптация путем упрощения. То есть в живых организмах при изменении среды первоначальный набор функций может быть упрощен (например, атрофирование конечностей или глаз) и таким путем может появиться что-то «новое». По иронии судьбы, дарвиновский механизм хорошо объясняет появление именно такой «новизны». Но это качественно не та новизна, о которой заявляют эволюционисты. Дарвинисты утверждают, что механизм {стохастика мутаций и дрейфа+отбор} обладает творческими возможностями. Это нонсенс и фантазии. Этого никто не наблюдал.

Эволюция — это шум на фоне полезной информации, которая должна быть сообщена живому организму для обеспечения процессов его жизнедеятельности (см. мою записку здесь, и в особенности приведенную в конце иллюстрацию с объяснением к ней). Эта полезная информация сообщается в систему исключительно путем программирования с целью организации биологических процессов, иными словами интеллектуально. Таким образом, макроэволюция — это миф, и это прекрасно демонстрируется кибернетикой.

No comments:

Post a Comment